Притесняемые меньшинства

Раздраженная отсутствием свободных мест рядом с домом, Руби кружила по соседним улочкам, опасаясь, что снова придется оставлять «сатурн» за несколько кварталов — обычная проблема городских жителей, не говоря уже о том, что машину дважды взламывали. К счастью, девятилетний «сатурн» был не слишком привлекательной добычей для жуликов. В свое время Руби в приступе патриотизма купила американскую модель (правда, машина оказалась так себе). Десять лет назад «сатурны» были новинкой. Встречаясь на дороге, «сатурняне» сигналили и махали друг другу. Руби нерешительно помахивала в ответ, но чаще бурчала под нос «идиоты» и подчеркнуто не обращала внимания. Несколько лет назад ей пришло приглашение на ежегодную Притесняемые меньшинства встречу владельцев «сатурнов» в Теннесси. Джереми спросил, поедет ли Руби, и услышал в ответ: «Ага, очень нужно тащиться сотни миль, чтобы сожрать несвежий хот-дог посередине грязного поля! Если я захочу хот-дог, я схожу в «Вини-Бини»[32] на Ширлингтон-роуд, как все люди».

Руби чуть не плакала: ни единого свободного места, а скоро Ванда придет смотреть комнату. К счастью, в этот момент с уличной парковки на Четырнадцатой улице выехал автомобиль. Нажав на газ, через секунду Руби оказалась рядом. Резко затормозив, она ждала с мигающим сигналом поворота, пропуская отъезжавшую машину, но неизвестно откуда взявшийся алый «крайслер» с откидным верхом пулей Притесняемые меньшинства влетел на освободившееся место. Руби опешила от такой наглости: она же подъехала раньше! Некоторое время «сатурн» стоял с включенным поворотником: Руби надеялась, что недоразумение выяснится, но оказалось, что слово «совесть» водителю незнакомо. Возмущенная, борясь с желанием оглушительно посигналить или выйти и высказать все, что думает, Руби смотрела, как из «крайслера» вышла стройная темнокожая дамочка с длинными волосами, в обтягивающих джинсах и безрукавке. Все окончилось тем, что она припечатала нахалку «чертовой сукой» в безопасном пространстве салона с закрытыми окнами и поехала искать другое место.

Наглая стерва, безусловно, заслуживала взбучки, но выяснения отношений не были коньком нашей героини. Всю жизнь, когда она пыталась Притесняемые меньшинства за себя постоять, выходило только хуже: собеседники не упускали случая пройтись насчет ее полноты, особенно в школе. Стоило Руби заспорить, оппонент за словом в карман не лез и, не желая обсуждать оценки за контрольную или школьную постановку, заявлял: «А жиртрест не спрашивали!» или «Иди трескай шоколад и не суй свою толстую физиономию в наши дела!» Дети отлично умеют бить по больному, и Руби привыкла не открывать рта, направляя энергию в мирное русло в кружке резьбы по дереву.

Припарковав «сатурн» в шести кварталах от дома, Руби поспешила домой, намереваясь прибраться до прихода Ванды, но, едва она схватилась за Притесняемые меньшинства пылесос, в дверь позвонили.

— Здравствуй, — сказала Руби, увидев на крыльце Ванду.

Та улыбнулась, показывая, что жует и не может ответить, но тут же справилась с куском:

— Привет, рада видеть. Извини, я как раз доедаю ужин.

— Никаких проблем, — отозвалась Руби, опытным взглядом узнав шедевр итальянской кухни из «Сабвея»[33]. — Входи, пожалуйста.



— Спасибо, — сказала Ванда, откусывая от сандвича, вернее, целой булки с мясом, сыром и помидорами.

— А где же гипс? — поинтересовалась Руби.

— О, я ношу повязку только на работе.

— А-а… Отлично, — отозвалась Руби, не зная, что, собственно, отлично. — Показать квартиру?

— Конечно, — согласилась Ванда, на ходу уписывая сандвич и запивая его Притесняемые меньшинства содовой. — Ты уже держала квартирантов?

— Разве что бывшего мужа. После развода дом достался мне, к сожалению, вместе с выплатами в рассрочку. С деньгами стало туговато, и я надумала пустить жильцов.

— Девочка, как я тебя понимаю! У меня отдельная квартира, правда, в Вулбридже, иначе накладно, но, веришь или нет, порой я скучаю по соседкам, — говорила Ванда, поднимаясь за Руби на второй этаж. — Моя подруга Киша считает проживание нескольких женщин под одной крышей источником скандалов. Ерунда, конечно, но в чем-то она права.

— Да? — смутилась Руби.

— Доказательство — срок жизни музыкальных девчачьих групп. Иное дело парни: посмотри, как долго играют вместе «Роллинг Стоунз», «Кисс» и Притесняемые меньшинства «Аэросмит». А где теперь «Гоу-Гоуз», «Бэнглз», «Спайс гёрлз»? Звездные девицы не в силах прижать собственное эго даже на время совместного тура, хотя могли бы заработать миллионы долларов!

— Я как-то не задумывалась об этом, — ответила хозяйка, признав, что в словах Киши есть рациональное зерно. Иначе почему в лучших подругах у Руби ходит парень-гей?

Когда они поднялись на второй этаж, в сумочке Ванды запищал телефон.

— Алло, — сказала Ванда в трубку. — Нет, сегодня вечером я не работаю. — Пауза. — Вы не поверите, я надевала контактные линзы над тарелкой с едой… с пончиками… Линза выскользнула и упала в тарелку. Не Притесняемые меньшинства успела я опомниться, как Пиперс сожрал пончик и пришлось везти его к ветеринару. Все еще сидим у доктора.

Некоторое время Ванда слушала невидимого собеседника, затем ответила:

— Хорошо, завтра буду. В прошлый раз я говорила Бинки? Нет, пса зовут… — Ванда выразительно посмотрела на Руби — она уже успела забыть кличку собаки, придуманную несколько секунд назад.

— Пиперс, — подсказала Руби.

— Пиперс, — повторила Ванда в трубку. — До завтра.

Нажав отбой, она искренне поблагодарила Руби.

— У вас собака? — спросила та.

— Нет, слава Богу. Терпеть не могу собак.

— Но вы же только что…

— А, это потому, что сейчас я очень занята. Трудно совмещать магазин и работу модели Притесняемые меньшинства. Надоело ссылаться на болезнь, поэтому я придумала собаку. А в бутике хожу с повязкой — знакомая медсестра наложила гипс. Придется носить еще несколько дней, чтобы оправдать больничный. Через неделю, наверное, придумаю ребенка, а то и двух. Дети — золотое дно уважительных причин отсутствия на работе.

Руби засмеялась.

— Вот эта комната. — Она открыла дверь в спальню на втором этаже. — В коридоре отдельный туалет и ванная.

— Прекрасно, — похвалила Ванда, подходя к окну и выглядывая через жалюзи. — А здесь безопасно?

— Вполне, — рассмеялась Руби. — Расслабляться, как и везде, не стоит, но я никогда не чувствовала себя в опасности.

— Я слышала, Логан-сёркл стал престижным, — сказала Притесняемые меньшинства Ванда, приканчивая сандвич и допивая газировку.

— Да, цены на жилье взлетели, — отозвалась Руби, которая не могла надивиться откровенному обжорству гостьи. Ванда ела «саб», без стеснения держа его перед собой. Руби тоже обожала итальянские сандвичи, но лакомилась украдкой, скрываясь в машине, дома и даже в кабинке туалета в офисе, чтобы сотрудники не видели, как она ест третий раз за день.

— Знаешь почему?

— Ну, район развивается, многие дома отремонтированы…

— И селятся белые вроде тебя, — закончила за нее Ванда. — В этом кроется истинная причина, и это хорошо. Не то чтобы я в восторге оттого, что для облагораживания Логан-сёркл понадобилось присутствие белых Притесняемые меньшинства, зато открылись новые магазины, район стал респектабельным…

— Думаешь?

— Ода! Жить в густонаселенном «черном» квартале может только фанат жареных цыплят «Попейс»[34] или какого-нибудь дерьма из занюханной «Си-ви-эс»[35]. Когда я переехала в Колумбию, то поселилась в Принс-Джордже в Мэриленде. Тебе известно, что в Пи-Джи один из самых высоких уровней доходов на душу населения в стране? Это самый богатый округ в США с преобладанием афроамериканского населения! Но инвесторы все равно боятся связываться, поэтому инфраструктуры никакой. Во всем Принс-Джордже гамбургера не купишь, не говоря уже о чем-то существенном.

— Вот это да! — искренне удивилась Руби Притесняемые меньшинства, никогда прежде не смотревшая на жизнь глазами этнических меньшинств — не из расистских соображений, просто ей хватало своих проблем, чтобы не забивать голову обидами афроамериканцев и латиносов. Руби и сама принадлежала к угнетаемому меньшинству — племени толстых.

— Позор, конечно. Хорошо тебе в Логан-сёркл — на каждом шагу кафе и магазины.

— Да, — отозвалась Руби. — Хочешь посмотреть дом?

— С удовольствием, — ответила Ванда, на ходу извлекая из сумочки «Сникерс» и расправляясь с ним в мгновение ока. — Будешь? — предложила она, перехватив взгляд Руби. — У меня много.

Руби невольно посмотрела в подставленную сумочку на пеструю смесь батончиков «Марс», «Три мушкетера» и «Милки-уэй» и не успела Притесняемые меньшинства ответить, как голоса в голове привычно активизировались: «Ох, батончик «Марс», съешь его, съешь!», «Руби, с твоим весом только «Марсы» у других стрелять», «Шоколадка «Три мушкетера», ой, как вкусно… Бери, пока предлагают!»

— Спасибо, но я, пожалуй, воздержусь. Я на диете, — солгала Руби, сглатывая слюну. Появись шанс завладеть лакомствами незаметно для Ванды, Руби, не задумываясь, схватила бы целую горсть, но в открытую угощаться постеснялась.

— Я тоже. Моя диета называется «Девочка, кушай вволю!».

Руби прыснула.

— Другое название — «Еды много, а жизнь коротка», — продолжала Ванда. — Я давно отказалась от этой чепухи под названием «диеты». Погоди, я скоро стану первой по-настоящему полной супермоделью. Куда до Притесняемые меньшинства меня худышкам, носящим двенадцатый размер! Это насмешка, а не полнота.

— Ты модель?!

— Нуда… Вернее, продавщица и одновременно модель.

— Неужели? — хмыкнула Руби.

Ванда, конечно, миловидна… ну ладно, красива, но кого она обманывает? Она же просто необъятная! Конечно, существуют так называемые модели, демонстрирующие одежду больших размеров, но, как сказала Ванда, это одна насмешка. На подиум выпускают манекенщиц с комплекцией Эммы[36], недавно снявшейся для журнала в рекламе новой куклы — своей копии. Эмма плотная, крепко сбитая, но лишь с большой натяжкой ее можно назвать толстой.

— Представь себе! Между прочим, модели нашей комплекции сейчас нарасхват. До производителей наконец дошло, что не Притесняемые меньшинства все американки носят одежду четвертого размера.

— Bay! А в каких журналах есть твои снимки? — поинтересовалась Руби.

— Пока ни в каких. Хожу по «языку» главным образом в городских универмагах, но я же только начинаю, набираюсь опыта. Скоро поеду в Нью-Йорк и сделаю карьеру. Ты сможешь рассказывать, что знала меня еще до того, как я стала известной.

— Надеюсь. Всегда мечтала познакомиться со знаменитостью.

— Тогда держись меня, Руби, — посоветовала Ванда. — Когда прославлюсь, стану водить подруг на гламурные тусовки и показы мод.

После экскурсии по дому Руби сварила кофе, и женщины всласть наговорились в гостиной. Ванда нравилась Руби все больше и больше Притесняемые меньшинства — энергичная, независимая, уверенная в себе, дружелюбная… Когда новая знакомая согласилась снять комнату, Руби пришла в восторг.

— Спасибо за кофе, — сказала Ванда на прощание. — Созвонимся насчет даты переезда и всего остального.

— Конечно, — отозвалась Руби. — Мы отлично поладим.

— И станем хорошими подругами, — подтвердила Ванда. — У нас будет не жизнь, а праздник, Руби Уотерс.


documentaiwpqcn.html
documentaiwpxmv.html
documentaiwqexd.html
documentaiwqmhl.html
documentaiwqtrt.html
Документ Притесняемые меньшинства